Поиск:

Психоаналитическая критика

Психоаналитическая критика это метод в литературоведении, вызванный к жизни учением З.Фрейда. Основу этого учения составляют две теории: теория влечений и теория «бессознательного». Первая из них рассматривает человека прежде всего как «искателя удовольствий» и указывает на эротическое влечение как на важнейшее. Согласно второй теории, человек является не только носителем сознания, но и «бессознательного», которое понимается в качестве вместилища чрезвычайно активных психологических импульсов, о происхождении и характере которых человек обычно ничего не знает. Содержанием, материалом «бессознательного» служат, по Фрейду, эротические побуждения, которые «вытесняются» из сознания из-за своей общественно предосудительной направленности. Процесс вытеснения предосудительных устремлений ребенка Фрейд демонстрирует на примере образования «эдипова комплекса». Под влиянием общепринятой морали детское влечение к матери и амбивалентное отношение к отцу вытесняется в «бессознательное». Три величайших произведения литературы — «Царь Эдип» (5 век до н.э.) Софокла, «Гамлет» (1601) У.Шекспира и «Братья Карамазовы» (1879-80) Ф.М.Достоевского были написаны, считает Фрейд, на тему «эдипова комплекса». Что касается «бессознательного», то наличие неосознанных мотивировок поведения было известно еще до Фрейда. Не случайно его замечание о том, что «бессознательное» открыл не он, а писатели.

Если теория «бессознательного» получила всеобщее признание, то теория влечений (а точнее говоря, «пансексуализм» Фрейда) подверглась острой критике. Сам автор этой теории со временем во многом отошел от нее, во всяком случае попытался внести в нее радикальные изменения. Фрейд высказал мысль, что в «бессознательном» могут находиться не только отрицательные, эгоистические, общественно предосудительные импульсы, но и положительные, альтруистские побуждения. Эти добавления были сделаны явно под влиянием К.Юнга, считавшего, что «бессознательное» обладает возвышенными потенциями. В частности, оно может служить средством связи человека с высшими, божественными силами.

Фрейдизм почти сразу привлек внимание и литературоведов. Да и сам Фрейд весьма активно использовал свое учение в качестве метода интерпретации художественного произведения. Уже в первой крупной работе «Толкование сновидений» (1900) Фрейд попытался применить свой метод для объяснения трагедии Шекспира «Гамлет». Затрагивая интригующую и опорную проблему нерешительности Гамлета в мести за отца, Фрейд высказал мысль о том, что дядя принца, убив своего брата, осуществил бессознательное стремление племянника. Именно поэтому Гамлет так долго откладывает месть. В дальнейшем мысли Фрейда о «Гамлете» развивал один из его первых англоязычных учеников Э.Джоунс. С помощью весьма сложного понятийного аппарата, разработанного психоаналитиками, Джоунс пытался доказать, что «бессознательное» Гамлета по указанной причине «противится мести Клавдию».

Начиная с 1910-х психоаналитическая критика стала играть заметную роль в литературоведении различных стран. Наибольшее влияние фрейдизм оказал на литературную мысль США. Доминировало убеждение, что Фрейд не просто указал на новые пути развития литературоведения, но поставил его на твердую научную (даже «лабораторную») основу. Среди первых американских энтузиастов новой литературоведческой методологии выделялись Ф.Прескот, А.Тридон, К.Эйкен. В Англии к фрейдизму тяготел литературовед и искусствовед Г.Рид. В 1920-е широкое распространение получили психологические биографии писателей. Этот литературоведческий жанр пользовался значительным спросом у читающей публики. Известными стали книги Дж. Крача об Э.А.По, В.В.Брукса о Марке Твене, К.Антони о Маргерет Фуллер. Творчество Байрона и Шелли в фрейдистском плане рассматривал Рид. В США в 1930-40-е после фрейдистского бума предшествующего десятилетия интерес литераторов к психоанализу резко снизился. В 1950-е использование его в качестве инструмента литературоведческого анализа дополнялись другими теориями «глубинной психологии» (книга Мари Бонапарт об Эдгаре По, 1958).

Коллективное бессознательное

Большое влияние на литературоведческую мысль оказал Юнг, сначала ученик Фрейда, а потом соперник и критик своего учителя, основатель «культурного психоанализа». В отличие от Фрейда, Юнг определил «бессознательное» не как вместилище эгоистических эротических влечений, вытесненных в детстве из сознания, а как резервуар мудрости и высоких творческих потенций, так называемое «коллективное бессознательное», в котором сконцентрирован опыт народа, нации, передающийся бессознательно из поколения в поколение. Порождением «коллективного бессознательного» являются «архетипы», или «первоначальные образы», которые гениальным писателям даются априорно. Г.Меррей, применяя теорию «коллективного бессознательного» в литературоведческих целях, доказывал, что Шекспир, ничего не зная об «Оресте», воспроизвел в образе Гамлета почти точную копию Ореста. Сработало «бессознательное» гениального драматурга. Идеи Юнга используются как психоаналитической, так и в большей степени мифологической критикой.

Определенное влияние на литературоведческую мысль оказали концепции А.Адлера, разработавшего, в частности, теорию «комплекса неполноценности», и О.Ранка, выдвинувшего идею о «травме рождения». Но это влияние сказывалось лишь в первой половине 20 века. Позже, в послевоенный период, значительную роль в развитии психоаналитической критики сыграл философ и литературовед Э.Фромм, который является типичным представителем «культурного психоанализа». Он не ограничивает активность «бессознательного» ни детской эротикой, ни мифологическими «архетипами». Для Фромма «бессознательное» — носитель самых разнообразных по своего содержанию символов, прежде всего универсальных. К последним он относит, например, огонь как символ энергии, света, движения. Отход Фромма от психологической и литературоведческой методологии Фрейда, его опора на более традиционные (социологические, культурно-исторические) принципы анализа особенно наглядны в интерпретации мифа об Эдипе. Фромм полностью отвергает известное фрейдистское толкование мифа, основанное на учении об «эдиповом комплексе». Этот миф, по мысли Фромма, отражает не смутные инфантильные влечения Эдипа, а более широкие социальные явления современной ему жизни. Миф об Эдипе должен пониматься не как символ инцестозной любви между матерью и сыном, а как бунт сына против власти отца в первобытной семье. Брак Эдипа и Иокасты оценивается как «вторичный элемент», являясь лишь одним из символов победы сына над отцом в плане социальном.

Литературоведы Франции и Германии, в отличие от литераторов США, весьма прохладно отнеслись к психоанализу как критической методологии на первом этапе его развития, однако в послевоенный период идеи «культурного психоанализа» стали восприниматься и в этих странах. Француз Ж.Лакан — представитель новой эпохи в использовании фрейдизма и в литературоведческих подходах к нему. Для этих подходов характерна оценка фрейдистских теорий не как носителей строгой научности, а как фантазий о «бессознательном». Анализ этого нового этапа в понимании и использовании психоанализа дан в книге англичанина М.Бови «Фрейд, Пруст и Лакан: теория как творчество» (1987). Само название книги весьма характерно — «теория как творчество». При этом имеется в виду не научное, а именно художественное творчество. Книга Бови, в которой рассматривается на равных художественное творчество М.Пруста и научное «фантазирование» Лакана и самого Фрейда, представляет собой образец новейшего применения психоанализа в литературоведческих целях. Английский литературовед указывает на методологический параллелизм, существующий между психоанализом и литературой, уже одним этим избавляя литературу от диктата психоаналитических схем и догм. Более того, в исследовании Бови проступает тенденция поставить сам психоанализ, казавшийся ранее таким всесильным, в зависимость от литературы, точнее, от литературно-художественного метода моделирования реальности.

Прямое применение теорий классического психоанализа в качестве литературоведческого инструментария в настоящее время встречается редко. Но в трансформированном и модифицированном виде психоаналитическая критика и литературоведение продолжают существовать и занимают видное место в ряду других методологий. Особенно тесно переплетены психоанализ и мифологическая критика. Интерес к психоаналитической критики проявляют сторонники структурализма, но отношения между этими двумя методологиями весьма сложны.

Фрейдизм в России

В России фрейдизм пользовался исключительным вниманием в 1920-е. В психоанализе складывалось оригинальное течение, пытавшееся осуществить синтез фрейдизма и марксизма. Представления, заимствованные в те годы из психоанализа, проникают в литературные дискуссии. В 1922 в Москве создается «Русское психоаналитическое общество» (РПСАО), первым президентом которого (до 1924) становится И.Д.Ермаков. Психиатр, ученик В.П.Сербского, Ермаков проявляет интерес к литературно-художественному творчеству. Годом ранее он организовал «Московское психоаналитическое общество исследователей художественного творчества». Делом жизни Ермакова было составление и редактирование многотомной «Психологической и психоаналитической библиотеки», издававшейся в Государственном издательстве, руководимом О.Ю.Шмидтом. В 1923 в России был сформирован Комитет, функцией которого была координация деятельности Общества и Государственного психоаналитического института, директором которого был также Ермаков. Президентом Комитета стал Ермаков, вице-президентом Шмидт, секретарем — A.P. Лyрия и членами — С. Шпильрейн и М.Лурия. До ликвидации Государственного психоаналитического института решением Наркомпроса от 14 августа 1925 там ежедневно читались лекционные курсы, два раза в месяц проходили заседания Российского психоаналитического общества и два раза в месяц — заседания его Педагогической секции. Ермаков совмещал свои клинические занятия с лекциями по психоанализу литературного творчества. Р.А.Авербух продолжала начатые в Казанском кружке (руководитель А.Р.Лурия) опыты с психоанализом творчества В.В.Розанова; Б.Д.Фридман готовил работу по психоанализу идеализма на примере романа И.С.Тургенева «Рудин».

Работа советских психоаналитиков продолжалась до начала 1930-х. Многие участники «Русского психоаналитического общества» эмигрировали из России. В 1930 психоаналитическое движение в России официально перестало существовать. Реальное достижение русских, прежде всего московских психоаналитиков — выпуск «Психологической и психоаналитической библиотеки». За короткое время ее существования с 1922 по 1928 были переведены почти все работы Фрейда и его учеников и изданы в основном под редакцией Ермакова, часто с его предисловиями. В рамках библиотеки Ермаков издал две свои книги, посвященные психоанализу русской литературы: «Этюды по психологии творчества А.С.Пушкина» и «Очерки по анализу творчества Н.В.Гоголя. В книге о Гоголе автор указывает на инцестуозные мотивы в творчестве писателя: вожделение отца-колдуна к дочери в «Страшной мести», чувство страха, владеющее человеком. То же чувство страха, по Ермакову, объединяет четыре «маленькие трагедии» Пушкина. Архив Ермакова содержит книгу о Ф.М.Достоевском, а также разнообразные эссе и литературно-критические статьи. Параллельно интересам Ермакова развивалась деятельность его ровесника и товарища, позднее русского беженца и доцента Карлова университета в Праге Н.Е.Осипова. Осипов был увлечен разбором русских классиков в том же аспекте, что и Ермаков. В статье «Страшное у Гоголя и Достоевского» эротические кошмары «Вия», инцестуозный сюжет «Страшной мести», кровавые сцены «Тараса Бульбы» анализируются Осиповым как воскресшие детские страхи, которые в жизни взрослого человека являются неврозом. Осипов считал, что Фрейд, наряду с основным сексуальным влечением, утверждает и другое основное влечение — к смерти.

Творчество Достоевского привлекало и привлекает адептов психоаналитической критики. Литературовед А.Л.Бем создал в 1925 в Праге «Семинарий по изучению Достоевского». В нем проводился анализ произведений, мотивов и героев Достоевского на основе психоаналитического метода Фрейда. Результаты исследований были опубликованы в трех сборниках «О Достоевском» (Прага, 1929, 1933, 1936; материалы четвертого сборника, не вышедшего из-за начавшейся войны, были опубликованы в Праге в 1972). Ярым противником психоанализа в литературе был В.М.Фриче.

Из современных сторонников психоаналитической критики наиболее известен русский профессор Университета в Констанце (Германия) И.П.Смирнов. В статье «Кастрационный комплекс в лирике Пушкина» (Russian literature. Amsterdam) он акцентирует чувство страха у персонажей поэта и мотив наказания за эротическое действие: смерть Дон Гуана, арест Гринева, любовь Клеопатры ценою жизни в «Египетских ночах», отсечение бороды в «Руслане и Людмиле». К косвенным отражениям кастрационного комплекса Смирнов относит сюжет «Царя Никиты». Сублимированный автоэротизм (самоудовлетворение творчеством) возникает у Пушкина, по мнению Смирнова, как попытка «избежать сублимированной же кастрационной опасности», удовлетворительного ответа на вопрос о причине возникновения которой Фрейд не дал.

Словосочетание психоаналитическая критика произошло от английского psychoanalytical criticism, немецкого psychoanalytische Literaturwissenschaft.


Похожие слова: