Поиск:

Вортицизм

Вортицизм это авангардное крыло в искусстве и литературе английского модернизма. Среди источников английского понятия называют досократовское учение о четырех элементах, возникших в процесс водоворотного движения; книгу У.Блейка «Милтон» («Все втянуто в свой водоворот»); книгу физика Аллена Апворда «Новое слово» (1908) — о водоворотном, спиралевидном движении планет в космосе; раннее стихотворение Эзры Паунда (1885-1972) «Плотин» («...водоворот воронки»); работы теоретика итальянского футуризма, художника Умберто Боччини (1882-1916), заявившего, что акт художественного творчества совершается лишь в состоянии эмоционального водоворота, вихря. Инициаторы и теоретики вортицизма — писатель и художник Уиндем Льюис (1882-1957), считающийся основоположником абстракционизма в Великобритании, и американский поэт Паунд, сыгравший важнейшую роль в истории английского авангардизма начала 20 века. Признание необходимости отказаться от наивной романтической веры в природу и создавать абстрактные, геометрические формы, выражающие обнаженную суть явлений объединяло с вортицистами философа Т.Э.Хьюма, порой именуемого в критике идеологом вортицизма. Мотивы «вортекса» Льюис использовал в своих работах уже в 1912, в частности в выставленных на Второй пост-импрессионистской выставке в Лондоне (организованной Р.Фраем) иллюстрациях к трагедии У.Шекспира «Тимон Афинский» (1608), где геометрические, изображенные фрагментарно, как будто после взрыва, фигуры закованных в латы людей увлечены, движением в центр «вортекса» — водоворота, а также в картине «Творение», изображающей предельно стилизованные фигуры мужчины и женщины, охваченные вихрево-водоворотным танцем.

Первый шаг к организационному оформлению вортицизма — уход Льюиса и группы художников (Ф.Этчеллс, К.Хэмилтон, Ч.Невинсон, Э.Уодсворт) из «рукодельных» (по определению Льюиса) «Мастерских Омега» Фрая, продолжавших традицию У.Морриса. К созданному ими в 1913 Авангардистскому центру искусств (Rebel Art Centre) присоединился Паунд, отошедший от имажизма, после того, как его возглавила поэтесса Эми Лоуэлл. Испытав на себе поначалу влияние футуризма, вортицисты быстро от него отмежевались. «Эпилептическая риторика» — так назвал Льюис лекции Ф.Т.Маринетти в Лондоне. На одной из них (5 мая 1914 в галерее Доре на Бонд Стрит) он вместе с другими антифутуристами (Хьюмом, A.ГодьеБржезка, Э.Уодсвортом) устроил Маринетти обструкцию. Хотя они, как и футуристы, видели цель художника в выражении энергии машинного века, однако вортицизм не столько восторгался машиной, ее движением, сколько стремился, выразив ее концептуальную суть в изобразительных и словесных формах, доминировать над нею.

В отличие от футуризма, претендовавшего на «мировое господство», вортицизм ставил перед собой цели национального масштаба. Футуризм принципиально не годился «умеренным авангардистам» — вортицистам, сочетавшим свой авангардизм с неоклассицизмом, то есть не желавшим отказываться от «традиции», искавшим стабильность в «водовороте» перемен. В отличие от футуризма, вортицизм основывался на синтезе культур и времен, уделяя особое внимание примитивному и восточному, в частности, китайскому, искусству. Активность итальянских футуристов в Лондоне в 1912-13 (выставки, выступления их лидера Маринетти) побудила Льюиса и Паунда начать издание журнала, чтобы выразить в нем свой взгляд на современное искусство, продемонстрировать, что это такое на практике и собрать вокруг себя единомышленников — литераторов и художников-авангардистов. Название «вортицизм» для обозначения группы, данное ей Паундом, стало фигурировать после выхода в июне 1914 первого номера «Журнала великого английского вортекса» — «Бласт» («Взрыв»). Название как зигзаг молнии пересекало его эпатажную красную обложку. В июле 1915 вышел второй (и последний) номер журнала.

Ядро группы вортицизм — Льюис, Паунд и французский скульптор Анри ГодьеБржезка, с 1910 живший в Англии (в 1914 погиб на фронте). Каждый из них дал определение «вортексу» на страницах «Бласта». Паунд в своей рубрике «Вортекс» писал о единстве эстетики авангардизма, будь то литература, живопись, скульптура, музыка: главное — существование некой изначальной энергии и формы, воплощаемой затем в звуке, слове, образе, цвете. Он полагал, что вортицизм отличается от имажизма большей энергетикой образов, а энергия — главное в искусстве: «Образ — это не понятие, представление... Вортекс — это водоворот, через который пропускаются идеи и в котором они вращаются» (GaudierBrzeska: A Memoir. N.Y.).

Истинный неоклассицист, ориентированный на выявление прочных опор жизни, Льюис определял идею «вортекса» как неподвижный центр в сердцевине суетной жизни, «великую неподвижную точку, где концентрируется вся энергия. И там, в этом центре, находится вортицист» (Hunt V. I have this to say. N.Y.). Обнажение такого конечного, предельного, неподвижного центра жизненных потоков и перекрестка художественных периодов, «точки максимальной энергии» и есть акт творения (Blast). Одна из основных мишеней вортицизма — викторианство, его мораль, идеология, эстетика, инерционное господство которых делало Англию «Сибирью сознания» (определение Льюиса). Другая мишень — импрессионизм (французский и английский) как искусство мимесиса. Для вортицизма принципиально важно то, что художник не заимствует форму у внешнего мира или природы, а сам создает ее, то есть отнимает у природы ее созидательную функцию. Эстетика вортицизма основана на отделении искусства от жизни и природы, утверждении приоритета творческого, преобразующего начала, убеждении в необходимости создания изобразительного или словесного эквивалента событию или явлению, подобного объективному корреляту Т.С.Элиота. Для передачи «сущности» объекта, сцены, эмоции нужно, как считал Льюис, найти их «логику и математику» и передать их в «линиях и формах картины», в словесных «уравнениях», или «формулах» эмоций (правда, он был вынужден признать, что даже в самом абстрактном искусстве присутствует неизбежный изобразительный элемент). У.Льюис полемизировал с Г.Ридом, утверждавшим, что вортицизм — феномен эскапизма: художник-абстракционист убегает от механизированного мира науки в мир воображения. В манифесте вортицистов говорилось, что современного художника вдохновляют «разные виды машин, механизмов, фабрик, новые и просторные здания, мосты» (Wyndham Lewis on Art Ed. W.Michel. N.Y.).

Энергия, порождаемая рычагами, рукоятками, моторами, предполагала новый язык, новые формы. Вортицисты не отрицали того, что индустриальные пейзажи ужасны, но были убеждены, что «вортекс» способен поглотить это уродство, взорвать, преобразить его в прекрасные изобразительные формы. Вдохновленные научными открытиями в физике и математике, вортицисты стремились передать их суть в искусстве. Льюис основывался на открытиях астронома А.С.Эддингтона, используя в своих картинах формы спиралевидного водоворота. Название его вортицистской пьесы «Враг звезд» (Бласт. No 1), напоминающей произведения С.Беккета, навеяно звездой Алгол, периодически заслоняемой другой, более тусклой звездой. В искусстве вортицизм нашел выражение в абстрактных композициях острых углов, резких линий, смешении разных планов, обыгрывании машинных форм. Годье-Бржезка сравнивал свои абстрактные работы с поэзией Паунда. Вортицизма стремился преодолеть барьер между изобразительными и словесными искусствами. В поэзии и прозе стиль вортицизм основан на обрывистых, резких ритмах и параллельных конструкциях, соответствовавших, как считали вортицисты, машинному веку. В «Бласте» (No 2) опубликованы «Прелюдии» и «Рапсодия ветреной ночи» Элиота — единственные литературные произведения в этом журнале, в полной мере адекватные, однако эти урбанистические стихи скорее развенчивали, нежели воспевали машинную цивилизацию (Элиот по духу не вортицист, тем не менее входил в то, что Паунд называл «нашей маленькой бандой»).

Стремление к «чистой форме» ощутимо в стихотворении Паунда «Шахматная игра» («Бласт». No 2), а в дальнейшем в его «Песнях» (1917-68), хотя, как иронически заметил Льюис, его пламенная пропаганда нового искусства не сопровождалась адекватными ей художественными экспериментами. Объединенные эстетико-философской общностью, вортицисты тем не менее всегда оставались союзом независимых индивидуалистов, склонных иронико-сатирически оценивать друг друга: Паунд характеризовал вортицизм в целом как «вырвиглаз». Льюис называл Паунда «Троцким от литературы», «революционным простофилей», Элиота—«псевдоистом». Годье-Бржезку прозвали «первобытным Мессией». В марте 1915 состоялась выставка вортицистов в галерее Доре. Однако война положила конец вортицизму как группе и направлению. В 1914 на фронте оказался Годье-Бржезка, в 1915 — Льюис. Вортицисты полагали, что война завершит то, что они начали, — сметет «остатки» викторианской культуры. «Эта война—великое лекарство»—трагически ироничные слова Годье-Бржезки в его послании в «Бласт» (No 2. Р. 33) из Франции с фронта, написанные перед его гибелью. Быстро утратил иллюзии по поводу «целительных» свойств войны и Льюис. Попытка Льюиса и Уодсворта в 1919 возродить вортицизм как «Группу X» оказалась тщетной, она распалась после первой же выставки. Вернувшись с войны, Льюис отошел от абстракционизма, стал более традиционным (об этом свидетельствовала его первая самостоятельная выставка «Пушки», галерея Гупил, февраль 1919), занялся критикой искусства. В дальнейшем «уроки» вортицизма, эстетическая память о нем присутствует в творчестве Льюиса, Паунда, Элиота.

Слово вортицизм произошло от английского vorticism от vortex — вихрь, водоворот.


Похожие слова: